О живом художнике

Быть художником проще простого: не бухать, любить свое дело и заниматься им каждый день. Во-первых, кругом одни алкаши. Стоит немного подождать и большая часть ребят, которые тебе мешали или просто не нравились, сопьются и помрут. Даже сейчас их спитые мозги работают намного хуже твоих. А те, кто не пьет, сопьются чуть позже и в 50 лет ты окажешься очень одинок со своим вкладом в искусство. Свое дело практически никто не любит. Художник занят чем угодно, только не искусством: он зарабатывает деньги живописью, теребит свое тщеславие на коллективных выставках, конкурирует с коллегами по цеху, занимается психотерапией с холстом или декламацией политических убеждений. Но только не искусством. Если соберешься пошатнуть мировое, создать жанр, оставить наследие потомкам — ты будешь первый и единственный в этом занятии. Все стоят в очереди вылизать задницу царю, а в окошко «Вечность» никого. Довольно странно, но вписаться гением реального никого не хочет. Со стороны может показаться, что художников сильно много. Но стоит сверить списки авторов за этот и прошлый год любого биеннале и можно не найти повторяющихся имен. Залетных в наше дело большее число. На сколько, ну на два-три года хватает сил у ребят, а потом все, разочарование, смежная профессия, дизайн и декрет. Да, девочки ярче всех горят и быстрее сдуваются. А ведь достаточно один час в день, да хоть в неделю, уделить творчеству и через 10 лет тебе не будет равных. Как ты провел последние 10 лет? Торопился, не успевал, опаздывал, хватал, но все равно, 10 лет прошло, а роман не написан. 

В фундаменте нашей с тобой сраной цивилизации лежит одна идея. Идея, которая произрастает сквозь черепную коробку ядовитым плющом, как вирус, передающийся из поколения в поколение, сначала в семье, затем в школе и вот твои коллеги дышат на тебя перегаром: ты должен быть счастлив. Эта идея выглядит как уютный домик у моря с белой оградкой. На крыльце стоят твои дети и жена, а в саду расцветает яблоня и белые лепестки усыпают веранду. Ветерком подернуло волосы любимой, вот и страницы твоей новой книги полетели по комнате залитой солнцем. И кажется полной ересью спросить вдруг: а дальше то что? Часто фильмы заканчиваются смертью злодея и свадьбой героя. А что после свадьбы? Так вот, все что ты делаешь сегодня — это пытаешься свершиться. Ты не хочешь жить, ты хочешь хеппиэнд и домик у моря. Вся твоя жизнь это рефлексия на иллюзию счастья. У тебя есть план, ты знаешь что делаешь, ты стремишься к счастью. И если вдруг видишь, что домик еще далеко, ты страдаешь и делаешь хорошо себе прямо сейчас. Домик у моря штампует фанатиков и алкашей с самого детства. Ты хочешь быть счастлив во что бы то ни стало. И еще хуже — ты готов на компромис. Ладно, пусть не домик, пусть однушка, не у моря, но у водоканала. Не книга а статья в журнал, пускай заказная, но похоже на литературу. Катька вроде ничего, красивая, не то что бы я влюблен, но жена хорошая. Получше. А там, где не вышло, ты посмеешься, пошутишь. «Держимся тут», улыбаешься ты и тебе получше. Че дальше то? 

И вот ты бредешь в сторону миража перебиваясь на мутную воду из луж на дороге и думаешь — у меня мечта. И не видишь, как по пустыне идут караваны таких, целые народы, и ты вплетен сотнями веревок в это стадо. Твое молчаливое одобрение делает тебя членом общества, а в следующий момент оно делает тебя алкоголиком. Алкоголик никогда не одинок, это самый социализированный парень на свете. Не знаю, кто сказал, что человека от животного отличает воля, что странно, поскольку я не знаю более слабого и безвольного существа. Каждое дерево в лесу борется за жизнь, каждая мелкая тварь до последнего не сдается. Но только человек повесив голову идет на расстрел. Сам идет. Не надо, спасибо, не провожайте, я сам найду дорогу до газовой камеры. Это еще одна идея — что ты один. Ты думаешь, это проблемы твоих родителей, не твои. Это сосед, а не я. Это не я. Только вот каждый алкаш у тебя во дворе — это ты. Каждый вор, каждый мент, что тебе попадается на глаза — это все ты. Все убогие выставки твои, все уродские картины. Ты в главных ролях во всех российских фильмах, ты автор всей школьной программы по литературе. Ты — президент Российской Федерации. 

Пока ты хочешь свершиться, стать художником, сделать выставку, продать все картины и купить домик у моря — ты мертв. Ты мертв сразу, как только нарисовал в уме свой финал. Ты умираешь каждый раз, когда отрезаешь «это не я», каждый раз, когда молча соглашаешься. Но живой художник не согласен. Он творит за меня и за тебя, ему есть до всего дело, и он не видит конца. Он не ждет счастья, не ищет его для себя. Он как солнце без всякой причины светит везде, куда может. А куда не может там надрывает шаблон и светит туда. Режет там, где помягче, получше и светит. Чертов психопат с фонариком. Ебаный псих.

 Screen Shot 2016-06-12 at 18.28.47

О знаниях

Пока секта «Церковь Дизайн Мышления» штампует инвалидов для косплей-капитализма наш анархо-синдикат «» готовит агентов четвертого измерения для революции мысли. 

Каждый из нас чувствует, что что-то не так. Особенно ребята с перьями и черным прямоугольником Петровича под носом чувствуют подвох: вот же красота у этих из Берлина, а я почему делаю такое говно? Дизайн или искусство, не важно, красота ускользает, тонет в сером пространстве между артбордов, осыпается с белой тряпки экрана при свете проектора на презентациях. Скотина, ты куда? Спросим у агента DDASS.

Как нам доподлинно известно по фильму «Интерстеллар» отца Кристофера, кроме прочих измерений существует и Любовь. А это здесь причем, спросите вы? Но я не про рыжего копирайтера из вашего отдела СММ, а про любовь в самом широком смысле. То чувство, когда ты совершаешь безумные поступки, когда ты одержим, когда фонендоскоп врача не фиксирует вполне ощутимую тахикардию. Вот этот хаос, известный как порядок высшего уровня, причина неясного беспокойства и тревоги. Условно обозначим это словом «сквозит». Сектанты Дизайн Мышления читают и пишут и снова читают тонны литературы, «но где она живет, вечная любовь», препарируют каждый сантиметр картины, каждую строчку кода сайта, но достичь успеха в таком занятии не могут, как трудолюбивые муравьи не могут иметь представления о всем муравейнике целиком. Но даже у таких ребят проекты сквозят поскольку все волшебство происходит между строк. Если любовь говорит на языке красоты, то язык этот исключительно образный. Именно художественный образ, сложный, объемный, трактуемый на всех языках мира, как например образ Богородицы, хранит в себе волшебство, соприкасаясь с которым можно испытать волнительное узнавание. Художественный образ существует в больших измерениях, чем его носитель. Талантливый художник может упаковать такой архив, который раскроется в зрителе без потери качества. Управлять этим процессом практически невозможно. Все что требуется — быть пустым, легким, быстрым и, конечно, влюбленным. А быть влюбленным, значит надеяться. Знание само выберет такого художника и засквозит в его работах, умеет он рисовать или нет. Не исключаю что раньше, в средневековье, в медитативной прорисовке деталей и стремлении к реалистичности, автора прошибало и сквозило через него. Но сегодня важнее совершить сам акт творчества, шагнуть в пустоту в надежде услышать нечто. И, как разведчик, который не знает немецкого, записать все, что услышал и передать в штаб сообщение целиком. Кто знает, что там может быть полезного. Безымянный герой, чье имя никогда никто не узнает, терпеливо, каждый день, ловит и передает разведданные о местоположении вражеских войск. 

О том, что происходит с автором, который дерзнул присвоить, осмелился управлять, я расскажу в статье «Fatal Error или синдром Володи», а пока рекомендую авторам даже не подписывать свои работы, такой багаж вам не нужен. Чужие письма нельзя вскрывать. Это табу, ведь письмо не для почтальона, он должен только доставить. Так и художник, он не владеет образом, но обязан донести его до зрителя без примеси, не стараясь сделать его получше. Зараженное вирусом Духа письмо не может быть переписано «своими словами», поскольку любое упрощение убивает в нем жизнь, шар в плоскости листа становится кругом и теряет свою суть. Но и здесь зритель может прочитать то, что ему адресовано, если он испытывает интерес, если у него есть вопрос и он принимает самое деятельное участие в чтении. Как художник я настраивает свой приемник, ловлю по всему космосу частоты, и записываю все подряд, в надежде, что однажды, через мой бред будет услышан голос и кто-нибудь услышит ответ на свой самый главный вопрос.Screen Shot 2016-06-08 at 14.36.33.png

О бизнесе

Недавно я хотел провозгласить предпринимателя новым художником. Ненавижу аналогии, но некоторая общая плоскость у искусства и бизнеса действительно существует.

Предприниматель покупает, а менеджер продает. Как дизайнер или любой другой наемный сотрудник, менеджер продает свое время, продает свою компетенцию, себя как ресурс. Институт, друзья, кейсы в портфолио, имена в резюме — капитал, который менеджер меняет на деньги в компании, реализуя замысел владельца. Цель менеджера — получить больше денег, потратив меньше времени. А художник, как и предприниматель, тратит все, что у него есть приобретая ресурс: новый опыт, новые идеи, новые формы. Он инвестирует. Бизнесмен есть потенциал, а менеджер — ресурс.

Бизнесмен ищет возможность, а менеджер реализацию. Искусство, как бизнес, создает новые продукты и новых потребителей. Расширяя язык образами, художник выходит за рамки, создавая пространство, а у менеджера есть договор и дедлайн. Художник ищет пустое место для жизни и роста, а дизайнеру нужны референсы. Вот почему «мазня» некоторых художников и правда искусство — минимальными средствами создан образ, который заключает в себе невероятную силу, вот и предприниматели стремятся получить сверхприбыль. Художники и бизнесмены не знают меры.

Предприниматель создает проблемы, а менеджер их решает. Художник существует здесь и сейчас, он тесно вплетен в сотни контекстов и весь состоит из рефлексии. Как бизнесмен, который стремится быстрее всех ответить на изменения на рынке, художник реагирует на момент, а если такого нет, он провоцирует среду и реагирует, так же как предприниматель создает спрос дефицитом предложения. Дизайн это решение задачи, а после соприкосновения с искусством озадачен ты. У художника нет времени, у него нет дедлайна, он не планирует на завтра, он вдохновляет прямо сейчас, как предприниматель, у которого нет рабочих часов, выходных или отпуска.

Ведь, если у тебя есть свой бизнес или есть свой творческий путь ты похож на родителя — где бы не находились твои дети, кем бы они не были, ты днем и ночью мама. Что бы не случилось.

Screen Shot 2016-05-31 at 21.15.28.png

Почему цифрового искусства не существует?

Для цифрового художника мне не повезло с годом рождения, еще не цифровой абориген, но уже не радиолюбитель. Я все еще то поколение, которое отделяет реальность от виртуальности, хотя работа процессора компьютера вполне физический процесс. Мои сверстники говорят: мы познакомились в Интернете, будто это специальное место, хотя для поколения 20 летних нет никакой специальной границы, они как плод в утробе матери, который не разделяет организм на свой и чужой, материнский. Буквально несколько лет прошло, как мы ушли от скевоморфизма в дизайне, но все еще ищем глазами ссылку или кнопку на экране устройства. В этом восприятии как раз и кроется проблема того, что цифровое искусство для нас это картинка в Фотошопе.

Но хрен там. Дело в том, что нам все еще нужно чувствовать связь между символом и символизируемым, наш мозг панически ищет ответ на вопрос «а что это значит», в то время как язык цифрового искусства принципиально не имеет корней, каждый его символ существует самостоятельно и может быть понят только в контексте высказывания. Свастика уже не про холокост, пентаграмма не про сатанистов. Это больше похоже на китайские иероглифы. Воспитанные на модернистах, пропаганде, рекламе мы не можем выйти на новый уровень символического. Примером тут может быть мат: «ёб твою мать» совсем не про коитус с матерю собеседника, но материться все еще плохо.

Цифровое искусство не требует словаря, ему не нужны галереи, у него нет ограничений, как например у живописи: плоскость, углы, пространство музея, подпись автора, аукционная цена. К слову, все эти атрибуты были разрушены еще в конце прошлого столетия. Цифровое не имеет протяженности во времени. На такое совершенно неестественное состояние среды художники реагируют крайне болезненно, как астронавты в открытом космосе — боятся снять шлем «я – художник», а если снимают, то немедленно погибают как авторы. Они все тащат обратно, из сети в свои мастерские, галереи, аккаунты, закрытые сообщества. Жалкое зрелище.

Но «дух дышит, где хочет» и конечно цифровое искусство существует. Я не про аттракцион «посмотри как программа может», на этих тяжело смотреть, им будто дали готовальню и ватман, что бы дом проектировать, а они рисуют окружности и «вау, смотри какие ровные». На самом деле, цифрового искусства не существует, потому что не существует этого «на самом деле». В будущем появится понятийная база, или даже уже есть, но я ей не владею, что бы описать, что происходит, но, грубо говоря, цифровое искусство происходит в момент личного общения в таком пространстве языка, которое невозможно зафиксировать, еле уловимый образ между строк, неясное высказывание, которое может расшифровать только адресат, только на одному ему понятном языке, когда как наблюдателю такой разговор может показаться бредом или чем-то конкретным, например, призывом к суициду (я про недавний скандал с китами).

Все это довольно закономерный процесс, дело даже не в компьютерах или интернете. Если модернисты уходили от влияния церкви, постмодернисты избавлялись от пропаганды и рекламы разрушая язык, то очень логично выйти в языке на новый уровень спасаясь от роскомнадзора, настроек безопасности Фейсбука, или родителей, которые пасут твой вконтактик. Цифровой художник не подписывает свои работы, не складывает их в галерею на сайте с доменом, он здесь и сейчас, с тобой на одной странице, у тебя в друзьях, он чувствует все, что чувствуешь ты. Художник это ты.

Screen Shot 2016-05-27 at 11.58.30

О контексте

Показательная история в повестке дня. Одна женщина зашла вконтактик, кое-что увидела и написала статью с восклицательными знаками. Мужчины и женщины прочитали статью и узнали что есть вот вконтактик, а во вконтактике страшные дела. И второй день мужчины и женщины делают выводы. Сделаем и мы. Сеть для нынешних – та же газета с абонентским ящиком для жалоб и предложений. Прочитали в газете статью, охуели как могла газета напечатать это и пошли строчить отзывы на а/я: попробовали бы вы это сделать в мичети, вычислю по айпи и прочие старые шутки. И есть другие ещё. Такие, для которых вконтактик не газета, но часть среды. А среда, которая таких окружает, противоречива, шатка и насыщенна. Слева проплыл кит, акула по ошибке сожрала медузу, впереди лестница сношается с диагональю, выкрикивая роковые кроваво-красные эпитафии. И вот тем первым необходимо видеть что-то возникающее в болезненной и изменчивой среде вторых. иначе что? Вторые может и так дотянуться, а первым придется ох как несладко. Да здравствуют цифровые аттракционы и нелепые их создатели. Слава лубку. Слава масскульту, объединяющему первых и вторых во веки веков.
Маша Крамер

//coub.com/embed/cgjb5?muted=false&autostart=false&originalSize=false&startWithHD=false

Арткоин

Участники нашего маленького анархо-синдиката совсем уже пошатнулись и придумали Арткоин. Проект настолько в зародыше, что казалось бы и говорить не о чем. Но на то мы и сообщество, что бы не говорить, а слушать. Что скажете, как вам такая тема?

https://readymag.com/dlzhnk/artcoin

Адски нуждаюсь во всякой поддержке этого нелегкого дела, так что если у вас есть знакомый, который майнит битки на видеокартах, слушает Джой Дивижн или знает кто такой Рафаэль Розендаль, то это будет мой лучший друг на ближайшие сто лет.

 

artcoin2

О языке

На волне популярности русского авангарда на западе в конце ХХ века, многие русскоязычные художники сначала были вынуждены переписывать свои тексты на английский, а затем и вовсе перейти в новое языковое поле. Волна прошла, но привычка осталась. Сейчас тексты на английском языке можно встретить в описании практически каждой работы, это происходит либо в результате бездумного копирования, либо в надежде на англоязычного зрителя, который, конечно, редко попадает в галереи или на сайты моих соотечественников. Получается совсем вакуум — русскоязычного зрителя отталкивает языковой барьер, а зарубежного низкий уровень языка в работе, ведь ему есть с чем сравнить. Вместо того, чтобы предоставить работу по переводу профессиональному переводчику, и только тогда, когда это уместно, например, в случае выставки заграницей, ребята с Флакона, Артплея и других помоек плодят сайты-портфолио на очень скудном английском, заставляя зрителя чувствовать себя бедным родственником из Киргизстана на поминках в Москве. Кроме того, многие ошибочно полагают, что сеть Интернет все еще глобальна, и на никому неизвестный бложик может случайно забрести агент Саатчи. Удачи, конечно, но я призываю художников, особенно цифровых, прикрутить Яндекс Метрику на свой сайт, и постараться хотя бы в описании проекта использовать тот язык, на котором вас лучше всего поймут.
Screen Shot 2016-04-28 at 12.01.30